Blogger Template by Blogcrowds

"Когда я пришел в этот мир, то первым делом улыбнулся, а уж потом начал кричать..." Да, именно таким улыбчивым, общительным, с большими голубыми глазами запомнили Фаиля Шафигуллина его родные, друзья и почитатели таланта. В их памяти он навсегда остался 40-летним зрелым мужчиной, обладающим удивительно гармоничным видением мира. Многие его произведения автобиографичны, проникнуты человечностью, искренностью чувств, большой наблюдательностью.


В 2003 году татарским книжным издательством был издан сборник сказок татарских писателей "Фируза", куда вошли и три сказки, написанные  Ф. Шафигуллиным - "Фируза", "Мама - индюшка и её детки" и "Ляйсан".

          Фаиль Шафигуллин «Ляйсан»У других кукол, что стояли с ней рядом на полке, имен тоже не было, но их купили. На опустевшей полке осталась она одна.
Утром в магазин пришла маленькая девочка с голубым бантом в каштановых волосах. Она держалась за руку своей мамы.
—Мамочка,— воскликнула малышка,— посмотри, какая красивая кукла!
Продавщица достала игрушку с полки.
—Фи,— сказала мама, коснувшись ее башмачков ярко накрашенными ногтями,— того и гляди, развалятся. Если бы башмачки были покрепче, куклу давно купили бы.
Женщина пошла к двери, ведя девочку за собой, а та продолжала смотреть на куклу, не в силах оторвать от нее глаз.
Вот и опять не пришлось кукле выбраться из магазина. Видно, уж не видать ей неба и солнышка. По-прежнему одна стояла она среди запылившихся книг.



Ближе к полудню в магазине появился очкастый мужчина с разбухшим портфелем в руке и спросил строго:
- Почему это у вас куклы на одной полке с книгами стоят?
- Не куклы, а кукла,— смущенно поправила его продавщица, оправдываясь. У нее сандалии плохо сшиты, вот и не берет никто. Не хотелось мне ее рядом с другими игрушками ставить...
Едва человек с портфелем исчез за дверью, продавщица сунула куклу под прилавок.
На все была готова бедняжка, но такого никак не ожидала. Ей рано на покой, у нее так много дел. Она ничего еще не испытала, не видела! Она не знает, кто станет ее хозяйкой, не слышала счастливого смеха той девчушки, не поиграла с ней. Сама она смеяться не умеет, зато очень любит слушать, как смеются дети. А вот слезы малышей всегда ее огорчают. Неужели никогда уж не суждено ей видеть смеющихся и плачущих детей? До сих пор у нее даже имени нет. И все из-за пары неудачных сандалий!..
Под прилавком и днем, и ночью одинаково темно, неприютно и скучно. Иногда мимо куклы деловито шныряют мыши, поблескивая в полумраке мелкими острыми зубками. Некоторые из них уж до того развязны, что смеют обнюхивать ее! А те, что посмелее, уже попробовали на вкус ремешки ее сандалий... Ну и пусть! Ей нисколечко не жаль их, лишь бы не трогали шелковых локонов, длинных ресничек и розовых пальчиков. Иначе уж никто никогда не восхитится ее красотой...
У женщины, которая убиралась в магазине, была смешная лохматая собачонка с озорными глазками-пуговками. Однажды вечером, позевывая и потягиваясь, пролезла она под прилавок и увидела куклу. Собачонка ухватила ее за нарядное платьице и вытащила на середину магазина. Продавщица с уборщицей переглянулись, улыбаясь, и с двух сторон стали подступать к собачонке, чтобы отнять у нее игрушку. Однако та быстро разгадала их маневр, сверкнула глазками, тряхнула головой и, прихватив куклу, выскочила через открытую дверь на улицу.
Кукла нисколько не испугалась, напротив, ей было очень радостно. Наконец-то выбралась она на свободу! Над ней, качаясь, будто в зыбке под голубым пологом, катилось румяное солнышко.
А чтобы зыбка не упала, ее со всех сторон осторожно поддерживали зеленые верхушки высоких деревьев.
Лохматая собачонка сначала что есть духу неслась вдоль длинной ограды сада, стараясь опередить собственную тень, потом бросила куклу в зарослях гвоздики и убежала...
До осени было далеко, дни стояли сухие и теплые. Кукла, у которой все еще не было имени, спокойно лежала на спине и смотрела, как листья на рассвете хлопают в зеленые ладоши, приветствуя солнце, а ночью любовалась тысячами звездочек на темно-синем небе, печально мерцавшими в вышине.
Однажды утренний ветерок раздвинул стебли гвоздик, и кукла увидела перед собой белую стену, а на ней окошко. Вскоре оно открылось, и в нем показалась встрепанная головка девочки. Глаза малышки напомнили кукле ночные звезды, так они были печальны. «Видно, девочка любит плакать»,— подумала кукла. И то ли росинка упала на нее, то ли ей стало жаль грустную девочку, только солнце, глянув на куклу сквозь кружево листвы, увидело у нее на глазах слезы.
Под окном проходила добрая женщина в сиреневом платочке.
- Ты почему не выходишь погулять, девочка? — спросила
она.— Сегодня так хорошо на улице.
- У меня ноги болят,— сказала девочка, опуская заблестевшие
вдруг глаза.
- Ты не плачь, умница моя, ноги у тебя обязательно поправятся. Надо только слушаться доктора и делать все, как он скажет,—
посоветовала женщина и пошла дальше.
Вот показался дедушка в бархатной тюбетейке. Борода у него была совсем белая.
— Здравствуй, Ландыш! — улыбнулся он девочке.
Реснички у куклы дрогнули. Так вот как зовут маленькую девочку — Ландыш!
— Дедушка, я хочу на улицу,— сказала Ландыш.
— Потерпи немного, внученька. Ты ведь знаешь: терпение и
труд все перетрут. Вот поправишься, тогда и выйдешь. В саду погуляешь, по бережку походишь. А уж я к тому времени смастерю тебе прехорошенькие сандалии!
Услышав про сандалии, кукла загрустила. Она уж успела забыть, что в магазине ее называли куклой с некрасивыми сандалиями. Ах, почему башмачки для нее сшил не этот дедушка, у которого такой ласковый голос? Теперь у нее был бы дом, было бы имя, и какая-нибудь девочка, вроде Ландыш, баюкала бы ее в своих теплых объятиях.
Тут белобородый дедушка раздвинул гвоздики и, склонившись над куклой, протянул к ней руку.
Ландыш, деточка, посмотри, кто здесь лежит!..
Дедушка, это кукла! — вскричала Ландыш.— Дай мне ее
скорее. Бедняжке, наверное, очень холодно на земле... Ах, какая
она красивая, дедушка!
Не спеши, птенчик мой,— все так же ласково сказал старик.— Я посажу ее вот сюда, на окно. Тебе ее отсюда будет хорошо
видно. Ну а если игрушку кто-то ищет — заметит сразу. Не придут
за ней — твое счастье. Кукла тебе останется.
Девочка потянулась за куклой, но достать не смогла.
— Как же тебя зовут? — улыбнулась она. Ландыш положила
голову на руки.— Так у тебя нет имени? Тогда давай назовем
тебя Ляйсан, ладно? Дедушка сошьет тебе хорошенькие туфельки.
Вот поправятся ноги, мы пойдем с тобой в сад, на речку побежим.
Оставайся со мной, Ляйсан, ладно?..
Кукле очень хотелось кинуться девочке в объятия, но она устыдилась своего желания: вдруг Ландыш подумает, что она обещанным туфелькам так радуется? А разве туфельки нужны ей?! Да она всю жизнь босиком прожить согласна, только б были у нее красивое имя и славная подружка!

0 Comments:

Post a Comment



Следующее Предыдущее Главная страница